В 2018 году в пятигорском Некрополе был установлен памятник на могиле профессора Адриана Сергеевича Грибоедова (1875–1944). Местоположение могилы долгое время было неизвестно ни родственникам, ни сотрудникам Пятигорского медико-фармацевтического института – филиала ВолгГМУ, где он работал последние годы жизни.

Ее поиски превратились в настоящий архивно-исследовательский детектив. Незадолго до 150-летия выдающегося ученого внук А. С. Грибоедова, петербургский режиссер и педагог, профессор, доктор искусствоведения С. Д. Черкасский, поделился воспоминаниями об истории ее обнаружения.

Краткая биографическая справка

Доктор медицинских наук, профессор Адриан Сергеевич Грибоедов (4 сентября (23 августа) 1875, Санкт-Петербург – 18 июня 1944, Пятигорск) – один из основателей ленинградской школы детских медицинских психологов, организатор детского здравоохранения в Ленинграде, создатель Детского обследовательского института имени профессора А. С. Грибоедова; ректор Петроградского педагогического института социального воспитания нормального и дефективного ребенка; зав. кафедрой в Государственном институте мозга, профессор 1-го и 2-го ленинградских медицинских институтов.

А. С. Грибоедов окончил Императорскую военно-медицинскую академию в 1899 году («лекарь с отличием»), после чего стал одним из ближайших учеников и помощников академика В. М. Бехтерева. Вместе с ним организовывал Психоневрологический институт, главное детище академика, в 1918–1928 годах был вице-президентом Психоневрологической академии.

Статский советник, участник Первой мировой войны (с ноября 1914 года – главврач полевых госпиталей, в 1917-м – начальник Окружного военно-санитарного управления Одесского военного округа на театре военных действий, в 1918-м – начальник санитарной части армий Румынского фронта и Одесской области). Награжден орденами Св. Станислава 2-й и 3-й степеней, Св. Анны 3-й степени и Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом.

А по послужному списку А. С. Грибоедова в советское время можно писать историю становления медицинского образования ХХ века: он работал во многих вузах Ленинграда, читал лекции в Москве и в Одессе, а последние годы жил и работал в Пятигорске.

Рассказывает Сергей Черкасский

Мой дед Адриан Сергеевич Грибоедов похоронен в Пятигорске, но долгие годы я не знал, на каком кладбище.

И вот в декабре 2016-го обнаружил в интернете информацию, опубликованную в группе в социальной сети «ВКонтакте» «Пятигорск – Легенды Старого Города». Это были две фотографии 1943 года, озаглавленные «Профессор А. С. Грибоедов, внук русского писателя А. Грибоедова, беседует с гвардейцами после освобождения г. Пятигорска».

Конечно, подзаголовок к военным снимкам (именно под таким названием они, как выяснилось, изначально появились на сайте Российского государственного архива кинофотодокументов) преувеличивал. Но полное совпадение фамилии и инициалов преследовало Адриана Грибоедова всю жизнь. Наверное, поэтому он всегда подписывался так: «Проф. А. С. Грибоедов».

Но главное, стало ясно, что здешние краеведы даже не знали, что он умер в Пятигорске!

После этих публикаций мне удалось связаться с руководителем группы «Пятигорск – Легенды Старого Города» Владиславом Борисовичем Алябышевым и задать вопрос: где может быть захоронен А. С. Грибоедов, на каком кладбище? Понимание того, что захоронения 1944 года плохо задокументированы, делало задачу, казалось, почти неразрешимой.

Но, когда я выслал Владу старые фотографии могилы А. С. Грибоедова, которые были в архиве моей тетушки, он обратил внимание на крест с именем Маневича, стоящий рядом. Это стало зацепкой!

И в феврале 2017-го В. Алябышев уже писал мне: «По фото могилы А. С. Грибоедова удалось опознать соседнюю могилу – это захоронение врача-невропатолога, доктора Моисея Иосифовича Маневича (1880–1951) с первоначальным железным крестом. Эта могила указана на плане-схеме Некрополя под № 18 в известной брошюре Г. Х. Чайкиной и Г. Д. Поповой „Некрополь“».

 Однако зимний выход в Некрополь выявил, что справа от могилы М. И. Маневича, которая забрана в единую ограду с могилой В. А. Друлева, – пустое место с остатками разбитого надгробия. Зимой 2017 года снег не позволил понять его сохранность, пришлось ждать лета. Июльские фотографии подтвердили: надгробия А. С. Грибоедова там нет.

В июле 2018-го я с супругой, Галиной Михайловной Кондрашовой, приехал в Пятигорск, чтобы во всем разобраться. Побывал в Некрополе с В. Алябышевым, посмотрел на пустое место и понял: памятник деду надо восстанавливать. Обратил внимание, что памятник М. И. Маневичу представляет из себя не крест (как на фото рядом с могилой А. С. Грибоедова), а черный камень с именем, на котором стояла красная колонна с медицинской чашей наверху. Но замена простого креста на более солидное надгробие казалась возможной.

Я заказал памятник деду.

Но при этом понимал, что архивные поиски надо продолжать, чтобы убедиться, что А. С. Грибоедов был похоронен именно здесь.

Время моего пребывания в Пятигорске было ограничено, и я стал стучаться во все двери. За короткую неделю побывал у тогдашнего директора краеведческого музея Сергея Николаевича Савенко, встретился с главным архитектором города Никитой Георгиевичем Шолтышевым, беседовал с Мануэллой Федоровной Дамианиди, лермонтоведом и автором книги «Свято-Лазаревский храм», получил документы от начальника отдела ЗАГС Елены Николаевны Бухаровой, консультировался с заведующей городским архивом Элиной Анатольевной Казаковой, поговорил с зам. директора ПМФИ – филиала ВолгГМУ Еленой Валентиновной Говердовской, которая сердечно поддержала наши поиски.

И везде получал ценную информацию, советы, человеческое участие. Нельзя было не заметить, что жители Пятигорска удивительно неравнодушны к истории города, к людям, которые ее составляли, – даже на эпизодических два года, как мой дед.

Но чем дальше, тем становилось яснее, что полноценных документов по истории захоронений в Некрополе не найти. Несмотря на многолетние усилия знатоков истории курорта, полученные ими данные не систематизированы, не сведены воедино, а порой и вовсе утеряны.

Но я продолжал поиски.

Поскольку рядом с предполагаемым местом захоронения А. С. Грибоедова, кроме могилы М. И. Маневича, находилась и могила Виктора Антоновича Друлева (1885–1950) – директора института курортологии в трудные послевоенные годы, я обратился и в Пятигорский НИИ курортологии. К тому моменту, не раз проходя по Некрополю, видел, как отмечены современными табличками могилы врачей-бальнеологов, и понимал, что в этом институте чтут своих предшественников (к слову сказать, страницам истории на сайтах и ПМФИ, и Пятигорского НИИ курортологии могут позавидовать многие вузы страны – с такой информативной точностью и любовью они сделаны).

Заведующий научно-организационным отделом института Алексей Николаевич Глухов, узнав о моих поисках, посоветовал обратиться к Александру Георгиевичу Браткову, активисту пятигорского городского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, который много лет изучал Некрополь.

А. Г. Братков сразу же заявил, что… видел могилу А. С. Грибоедова. Причем всего несколько лет тому назад. И что находится она совсем не возле могилы Маневича. Он повел нас совсем к другой точке кладбища, ближе к месту первоначального захоронения Лермонтова…

Стояла тридцатиградусная жара. Сорная трава, которой зарос Некрополь, порой достигала человеческого роста. Мы поминутно спотыкались, случайно наступая на разрушенные захоронения, скрытые зарослями, но проверяли каждую сохранившуюся плиту. Однако почти двухчасовые поиски ни к чему не привели. А описания памятника, которые давал Александр Георгиевич, расходились с фотографией 1940–1950-х годов, которая была у меня, – той самой, где могила Грибоедова находилась рядом с могилой Маневича. Признаюсь, закралось подозрение: не аберрация ли памяти весь рассказ Браткова? С одной стороны, он показывал тетрадь, где по стечению обстоятельств на первой же странице была переписана надпись с памятника на могиле Грибоедова: «Профессор Адриан Сергеевич Грибоедов» – именно так, как на старом фото, которое до этого Братков видеть не мог. Но, с другой стороны, ни он, ни я не могли объяснить присутствие креста с именем Маневича на том же фото. Ни та, ни другая версия не имела решительного доказательства…

Спустились вниз к могиле Маневича, посмотрели на пустое место справа от нее, где через два дня планировали ставить заказанный памятник. Надо было принимать решение…

И тут моя жена Галя предложила: давайте еще поищем. Без особой надежды мы поднялись наверх и стали искать в том же квадрате, который, казалось, только что прочесали досконально… Через минуту, сделав всего лишь несколько шагов, я вышел к могиле с именем деда: «Профессор Адриан Сергеевич Грибоедов (1875–1944)». Подняв голову на Машук, который был «за спиной» могилы, я остолбенел. Жена плакала. Братков отчаянно махал руками и кричал. Всем троим произошедшее показалось почти чудом.

На следующий день я записался на прием к архиепископу Пятигорскому и Черкесскому Феофилакту и рассказал ему всю эту историю и то, как Господь уберег от того, чтобы памятник деду был поставлен на чужом месте. И этот частный случай, и мой скромный опыт поисков позволили мне просить владыку еще раз и по-новому обратить внимание на вопрос о сохранении Некрополя. Уверен, что необходимо объединить всех людей, неравнодушных к славной каменной летописи Пятигорска, и способствовать созданию общегородского комитета по охране этого святого места, которое за 200 лет своего существования превратилось в уникальный памятник российской истории и культуры.

В заключение встречи владыка благословил нас на воздвижение памятного знака на старой могиле А. С. Грибоедова и просил настоятеля Лазаревского храма освятить его. Что и было сделано 4 августа 2018 года. На памятнике написали: «Профессор, доктор медицинских наук Адриан Сергеевич Грибоедов (1875, Санкт-Петербург – 1944, Пятигорск)», и эта надпись навечно соединяет названия двух городов в судьбе деда.

А загадку двух памятников с именем Маневича мы оставили на разрешение пятигорским краеведам. Слева от могилы А. С. Грибоедова действительно стоит крест, но сейчас он голый, именной таблички, как на старой фотографии, на нем уже нет…

У этой истории есть эпилог.

Весной 2025 года я получил из Пятигорска еще одну ссылку на публикацию в соцсетях. В канун 9 Мая студенты ПМФИ – филиала ВолгГМУ приводили в порядок могилы ветеранов института. И на одной из фотографий девушка очищала от сорной травы могилу Адриана Сергеевича Грибоедова. Сердце мое сжалось… Неожиданно я вспомнил один из документов семейного архива. Сто лет назад, когда в ноябре 1924 года медицинская и научная общественность отмечала «серебряный юбилей» профессора – 25-летие его научной, педагогической, врачебной и общественной деятельности, в одном из поздравительных адресов было написано: «…позвольте пожелать Вам дальнейшего укрепления веры в то, что ни одна крупинка затраченной Вами энергии не пошла прахом и что дело, которому Вы столь безраздельно отдаете свою жизнь и таланты, уже пустило прочные корни…»

Наверное, это пожелание столетней давности сбывалось, когда девушка нашего времени смотрела на памятник с датами из прошлых веков. Хочется верить, что, заботясь о памятнике знаменитого врача, она не могла не думать о том, как сама проживет свою профессиональную жизнь, как пройдет свой путь в медицине.

А потому мне подумалось, что лучший подарок или поступок к юбилею деда (4 сентября 2025 года исполнилось 150 лет со дня рождения профессора А. С. Грибоедова), чем забота о его памятнике, трудно было бы придумать. Ведь это так важно, чтобы его жизнь, отданная врачеванию детей и обучению новых поколений медиков, нашла продолжение в делах юных.

Спасибо тебе, неизвестная мне, но уже близкая девушка-медик! Спасибо вам, жители Пятигорска, неравнодушные к своей истории!